Turbo-aspect.ru

Неофициальный портал

Метки: Азеф е.ф, азеф видео, азеф онлайн.

Евно Азеф

Евно Фишелевич Азеф
Псевдонимы:

партийные: «Иван Николаевич», «Валентин Кузьмич», «Толстый»;
в работе с Охранным отделением: «инженер Раскин»

Дата рождения:

1869 год(1869)

Место рождения:

местечко Лысково, Гродненская губерния, Российская империя

Дата смерти:

24 апреля 1918(1918-04-24)

Место смерти:

Берлин, Германская империя

Гражданство:

 Российская империя

Партия:

Партия социалистов-революционеров

Род деятельности:

революционер-провокатор, террорист

Е́вно Фи́шелевич (Евге́ний Фили́ппович) Азе́ф (1869, Лысково (белор.)русск., Гродненская губерния, Российская империя — 24 апреля 1918, Берлин, Германская империя) — российский революционер-провокатор, один из руководителей партии эсеров и одновременно Секретный сотрудник Департамента полиции.

Как глава Боевой организации эсеров, организовал и успешно провел ряд терактов, в числе которых — убийство Великого князя Сергея Александровича. В то же время, как агент Охранного отделения, раскрыл и сдал полиции множество революционеров.

Содержание

Биография

Детство и юность

Фотография молодого Азефа

Евно Азеф родился в октябре 1869 года в местечке Лысково Гродненской губернии в семье бедного портного-еврея. Участвовал в кружках революционной еврейской молодёжи. В 1890 году окончил гимназию в Ростове-на-Дону. В 1892 году, скрываясь от полиции, украл 800 рублей (по другой версии, продал украденную у знакомого купца партию масла) и бежал в Германию, где устроился учиться на инженера-электротехника в Карлсруэ.

В число секретных сотрудников полиции Азеф был принят в 1892 году[1]. 4 ноября 1893 года предложил Департаменту полиции быть осведомителем о русских революционерах — студентах политехнического института в Карлсруэ, и его предложение приняли. Первоначальный оклад Азефа составлял 50 рублей[2]. В 1899 году женился на Любови Григорьевне Менкиной, имел двоих детей.

Азеф в партии эсеров и Охранном отделении

В 1899 году вступил в союз социалистов-революционеров. После ареста Г. А. Гершуни в 1903 году Азеф остался центральной фигурой и возглавил Боевую Организацию эсеров, осуществляющую террористические акты. Партийные псевдонимы Азефа — «Иван Николаевич», «Валентин Кузьмич», «Толстый». В контактах с Департаментом полиции он использовал псевдоним «Раскин».

Фото Е. Ф. Азефа из секретного архива Департамента полиции

Созданную Гершуни Боевую Организацию Азеф реорганизовал, сделав её компактной, централизованной, строго дисциплинированной и легко управляемой. Сам Азеф с поддержкой М. Р. Гоца активно продвигал террор, при этом предотвращая некоторые террористические акты (покушение на министра внутренних дел П. Н. Дурново, на царя Николая II). В то время его жалование от Охранного отделения достигло 1000 рублей в месяц.

Выдал весь первый состав ЦК ПСР и некоторых эсеров-боевиков (С. Н. Слётова, Г. И. Ломова, М. А. Веденяпина, А. В. Якимову, З. В. Коноплянникову и др.), а также некоторые планы и коммуникации революционеров. Одновременно организовал более 30 террористических актов, осуществил убийства видных представителей царского государственного аппарата, в том числе своих начальников: министра внутренних дел и шефа корпуса жандармов В. К. Плеве (которого считали главным организатором еврейского погрома в Кишинёве в 1903 г.), генерал-губернатора Москвы великого князя Сергея Александровича, Петербургского градоначальника В. Ф. фон дер Лауница, главного военного прокурора В. П. Павлова. Для того, чтобы избежать раскрытия, часть терактов он готовил в тайне от Департамента полиции, прилагая все усилия для их осуществления. О других — своевременно сообщал в охранку, и они соответственно проваливались. Благодаря этому Азефа считали «своим» и члены партии и полиция. Каждый раз, когда его пытались разоблачить, кто-нибудь из революционеров «доказывал», что человек, организовавший столько успешных террористических акций, не может быть агентом охранки; для Охранного отделения Азеф также представлял большую ценность.

Он же (с участием представителей других революционных партий Конни Циллиакуса, Георгия Деканозова и др.) организовал закупку на деньги японского военного атташе М. Акаси оружия для рабочих и его доставку в Россию на пароходе «Джон Графтон». По ряду данных, Азеф инициировал ликвидацию Г. А. Гапона как «провокатора», что и было исполнено боевиками П. М. Рутенберга[3]. Об этом же свидетельствует в своих воспоминаниях сам Рутенберг. После Манифеста 17 октября Азеф стал сторонником роспуска Боевой Организации и всячески саботировал её действия, в результате чего эсеры перешли к террору с помощью децентрализованных летучих отрядов.

Последняя провокация

Результатом последнего предательства Азефа, перед разоблачением, был арест полицией и казнь членов Летучего Боевого отряда партии социалистов-революционеров в феврале 1908 года. Эта казнь послужила сюжетом Леониду Андрееву при написании «Рассказа о семи повешенных».

Разоблачение

В Викитеке есть полный текст Речь в Государственной Думе по поводу дела Азефа 11 февраля 1909 года (Столыпин)

После наступления реакции Азеф готовил покушение на Николая II, для чего рассматривались весьма авантюрные схемы. В частности, с подачи Азефа ЦК ПСР выделял деньги на проектирование и строительство специальной подводной лодки и самолёта для совершения теракта. Однако в 1908 году Азеф был разоблачён как провокатор публицистом В. Л. Бурцевым (подтвердившим свои подозрения у бывшего директора Департамента полиции А. А. Лопухина). На внутрипартийном разбирательстве ЦК ПСР приговорил Азефа к смерти, однако тот смог избежать ликвидации и скрылся за границей. В дальнейшем жил в Берлине под видом рантье Александра Неймайера (Alexander Neumayr) по документам, выданным министерством иностранных дел России. Тщательно избегал контактов с представителями царских властей и русскими революционерами, но в 1912 году встретил на курорте во Франции Бурцева. Азеф принялся ему доказывать, что сделал для революции гораздо больше пользы, чем ему приписывают вреда как провокатору, и требовал справедливого суда ЦК, однако затем снова скрылся.

Последние годы

После начала Первой мировой войны Азеф разорился, так как все его средства были вложены в русские ценные бумаги. Чтобы хоть как-то сводить концы с концами, открыл в Берлине корсетную мастерскую. В июне 1915 года немецкая полиция арестовала его как бывшего русского секретного агента. Содержался в тюрьме Моабит, был освобожден только в декабре 1917 года.

В тюрьме он заболел и 24 апреля 1918 года умер от почечной недостаточности в берлинской клинике «Krankenhaus Westend». Был похоронен в Берлине на Вильмерсдорфском кладбище в безымянной могиле за № 446. Захоронение до нашего времени не сохранилось.

Вопрос о провокаторстве Азефа

На языке партийных революционеров «провокатором» называлось любое лицо, сотрудничавшее с Департаментом полиции. Революционная терминология не знала разницы между агентом-осведомителем и агентом-провокатором. Всякий революционер, уличённый в сношениях с полицией, объявлялся «провокатором», и на этом ставилась точка. Между тем, с юридической точки зрения, между простым агентом-осведомителем и агентом-провокатором существовала большая разница. Агентом-провокатором именовался только тот секретный сотрудник, который принимал активное участие в революционной деятельности или подстрекал к этому других. С точки зрения закона, такие действия секретных сотрудников считались преступными и подлежали уголовной ответственности[4]. В циркулярах Департамента полиции указывалось, что секретные сотрудники не должны участвовать в противозаконной деятельности или подстрекать к ней других лиц[5].

После разоблачения Азефа, когда его история была предана гласности, в обществе возник вопрос, был ли Азеф агентом-провокатором. Обнародованные Владимиром Бурцевым и партией эсеров материалы свидетельствовали, что Азеф, будучи секретным сотрудником, принимал активное участие в террористической деятельности. Стоя во главе Боевой организации эсеров, он руководил её деятельностью, готовил террористические акты и посылал на них других людей[6]. Это означало, что, в строгом соответствии с юридической терминологией, Азеф являлся агентом-провокатором и должен был быть привлечён к уголовной ответственности. Между тем, Азеф к уголовной ответственности привлечён не был, а правительство отрицало его причастность к террористическим актам. По версии правительства, Боевой организацией эсеров руководил не Азеф, а Борис Савинков, тогда как Азеф был простым осведомителем, дававшим правительству ценные сведения о преступных замыслах революционеров[1].

Вопрос о провокаторстве Азефа обсуждался многими его современниками. В итоге причастность Азефа к террористическим актам была признана не только революционерами, но и его бывшими полицейскими начальниками, такими как Л. А. Ратаев[7], А. А. Лопухин[8], С. В. Зубатов[9] и А. И. Спиридович[10]. В частности, генерал Спиридович в своих мемуарах писал: «Азеф — это беспринципный и корыстолюбивый эгоист, работавший на пользу иногда правительства, иногда революции; изменявший и одной и другой стороне, в зависимости от момента и личной пользы; действовавший не только как осведомитель правительства, но и как провокатор в действительном значении этого слова, то есть самолично учинявший преступления и выдававший их затем частично правительству, корысти ради»[10]. На сегодняшний день провокаторство Азефа признаётся за факт большинством исследователей, а отрицание этого факта является маргинальной точкой зрения[11]. Характерным примером преступной деятельности Азефа является его участие в убийстве Георгия Гапона и в убийстве провокатора Н. Ю. Татарова, безуспешно пытавшегося открыть глаза руководству эсеров на провокаторство их партийного лидера.

Азеф в культуре

Одно время собственное имя Азеф даже стало нарицательным для обозначения провокатора и доносчика, в таком качестве упоминается в «Республике Шкид» Г. Белых и Л. Пантелеева в главе про «дело о табаке японском» — первом громком деле в школе.

Азеф как имя нарицательное также упоминается в поэме В. В. Маяковского «Облако в штанах»:
Эту ночь глазами не проломаем,
Чёрную, как Азеф.

В Толковом словаре русского языка под ред. Д. Н. Ушакова (т. 1, 1935 г.) зафиксировано слово «азефовщина» в следующем значении[12]:

АЗЕФОВЩИНА, ы, мн. нет, ж. (полит.).

Крупная политическая провокация. [По имени провокатора с.-р. Азефа.]

Евно Азеф стал прототипом одного из персонажей романа "Петербург" Андрея Белого, провокатора Липпанченки.

Он был главным героем немецкого фильма «Провокатор Азеф» / Lockspitzel Asew (1935, играл Фриц Расп) и французского фильма «Azev: le tsar de la nuit» (1975, играл Пьер Сантини), а также персонажем советского-польского фильма «Особых примет нет» (1978, играл Григорий Абрикосов) и российского сериала «Империя под ударом» (2000, играл Владимир Богданов).

Сочинения

  • Письма Азефа, 1893—1917 / Сост. Д. Б. Павлов, З. И. Перегудова. — М.: Изд. центр «Терра», 1994. — 287 с.

Примечания

  1. 1 2 П. А. Столыпин. Речь о деле Азефа, произнесённая в Государственной Думе 11 февраля 1909 года // П. А. Столыпин. Нам нужна великая Россия. — М.: «Молодая гвардия», 1991.
  2. Оклад профессионального революционера Азефа Е. Ф. в партии эсеров составлял 125 рублей в месяц.
  3. И. Н. Ксенофонтов. Георгий Гапон: вымысел и правда. — М.: РОССПЭН, 1996.
  4. Б. Г. Колоколов. Жандарм с царём в голове. Жизненный путь руководителя личной охраны Николая II. — М.: Молодая гвардия, 2009. — 584 с.
  5. Циркуляр департамента полиции начальникам охранных отделений и губернских жандармских управлений о степени участия секретных сотрудников в деятельности революционных организаций.
  6. Заключение судебно-следственной комиссии по делу Азефа. — Париж: Издание ЦК ПСР, 1911. — 104 с.
  7. Л. А. Ратаев. История предательства Евно Азефа // Провокатор: Воспоминания и документы о разоблачении Азефа. — Л., 1929.
  8. В. Л. Бурцев. В погоне за провокаторами. — М.: «Современник», 1989. — 272 с.
  9. Письмо С. В. Зубатова А. И. Спиридовичу по поводу выхода в свет его книги «Партия с.-р. и её предшественники» // Красный архив. — Л.-М., 1922. — № 1. — С. 281—283.
  10. ↑ Записки жандарма. — Харьков: «Пролетарий», 1928. — 205 с.
  11. Провокация на службе охранки // Новый исторический вестник. — М., 2003. — № 1 (9).
  12. Толковый словарь Ушакова онлайн//АЗЕФОВЩИНА

Литература

  • А. А. Аргунов. Азеф в партии с.-р. // На чужой стороне. — Берлин-Прага, 1924. — № 6—7.
  • В. Л. Бурцев. В погоне за провокаторами. — М.: «Современник», 1989. — 272 с.
  • В. Л. Бурцев. Моя последняя встреча с Азефом. Из неопубл. материалов В. Л. Бурцева // Иллюстрированная Россия. — Париж, 1927. — № 48 (133). — С. 1—6.
  • А. В. Герасимов. На лезвии с террористами. — М.: Товарищество Русских художников, 1991. — 208 с.
  • А. И. Спиридович. Записки жандарма. — Харьков: «Пролетарий», 1928. — 205 с.
  • Л. А. Ратаев. История предательства Евно Азефа // Провокатор: Воспоминания и документы о разоблачении Азефа. — Л., 1929.
  • В. К. Агафонов. Заграничная охранка. Составлено по секретным документам заграничной агентуры и Департамента полиции. — Пг.: Книга, 1918. — 388 с.
  • Из истории партии с.-р. Показания В. М. Чернова по делу Азефа в Следственной комиссии партии с.-р. 2 февраля 1910 г. // Новый журнал. — Нью-Йорк, 1970. — № 101. — С. 172—197.
  • Заключение судебно-следственной комиссии по делу Азефа. — Париж: Издание ЦК ПСР, 1911. — 104 с.
  • Л. Троцкий. Евно Азеф // Киевская Мысль. — Киев, 1911. — № 126.
  • Л. Троцкий. Крах террора и его партии (К делу Азефа) // Л. Троцкий. Сочинения. — М.-Л., 1926. — Т. 4.
  • М. Алданов. Азеф. — Париж, 1936. (текст на lib.ru, оригинал в .doc, с исправленными опечатками в .pdf)

Tags: Азеф е.ф, азеф видео, азеф онлайн.