Turbo-aspect.ru

Неофициальный портал

Метки: Любимый камень бориса годунова 6 букв, ирина ш 49 одноклассники, летописец бориса годунова 5 букв, годунова катя, избрание б ф годунова на царство.

Ирина Фёдоровна
Скульптурная реконструкция по черепу
Царица Российская
16 января 1598 — 21 февраля 1598
Коронация: не коронована
Предшественник: Фёдор I
Преемник: Борис I Годунов
 
Рождение: 1557 год(1557)
Смерть: 29 октября 1603(1603-10-29)
Москва
Династия: Годуновы
Отец: Годунов, Фёдор Иванович
Мать:  Стефанида Ивановна
Супруг: Фёдор I Иоаннович
Дети: Феодосия Фёдоровна

Царица Ирина Фёдоровна Годунова, в иночестве Александра (1557 (?)[к 1] — 29 октября 1603) — сестра Бориса Годунова и супруга царя Фёдора Иоанновича, номинальная правительница на русском престоле после смерти Фёдора Иоанновича и до избрания царем Бориса Годунова с 16 января по 21 февраля 1598 года.

Содержание

Биография

О дате и месте её рождения сведений нет. Она была взята в царские палаты в возрасте семи лет, и воспитывалась там до брака[1]. Вероятно, во дворец Ирина попала в 1571 году, когда ее дядя Дмитрий Иванович был пожалован в думу в чине постельничего. До совершеннолетия Ирина воспитывалась в царских покоях вместе с братом Борисом, находившимся «при его царьских пресветлых очах всегда безотступно по тому же не в совершенном возрасте, и от премудрого его царьского разума царственным чином и достоянию навык»[2].

В 1575 году Ирина становится женой царевича Федора Иоанновича без традиционного царского смотра невест, а её брат получает боярство. Брак с Фёдором совершился по воле царя Ивана IV и послужил новой ступенью для возвышения Годунова, дальнейшее влияние которого на Фёдора в значительной мере основывалось на любви последнего к Ирине. Свадьбе способствовал дядя Дмитрий Иванович, постельничий царя.

Ирина ухаживала за больным Иваном IV перед его смертью и позаботилась о том, чтобы Годунов, несмотря на жестокие нападки со стороны бояр, не впал в глазах умирающего в немилость[3]. Карамзин же пишет, что за три дня до смерти царя Ивана IV, пришла было утешить больного, но «бежала с омерзением от его любострастного бесстыдства».

Любопытно, однако, что Ирина Мстиславская по завещанию Ивана Грозного назначалась женой царя Фёдора в случае бездетства Годуновой; но в результате интриг Годунова она была похищена из дома отца и насильно пострижена в монахини.

Царица

Со смертью Ивана в 1584 году и воцарением её мужа Фёдора стала царицей. Однако она не смогла родить ему наследника — их единственная дочь Феодосия родилась 29 мая 1592 года и умерла во младенчестве.

Тем не менее, в общественно-политической жизни царица оставалась весьма значимой фигурой. «Ирина Годунова, в отличие от предшествовавших цариц, играла общественную и политическую роль, которая уже расходилась с образом женщины, проводившей большую часть времени в тереме»[3]. Она не только принимала иностранных послов, но и участвовала в заседаниях боярской Думы.

Царь Фёдор Иоаннович, парсуна

Сохранился ряд документов, где рядом с подписью царя Федора неожиданно появляется имя царицы Ирины. Она вела переписку с королевой Елизаветой Английской (именовавшей ее «любезнейшею кровною сестрою») и патриархом Александрийским, предпринимала усилия для признания Русской православной церкви, которая тогда еще не являлась патриархатом. Она посылала патриарху дорогие подарки — и в ответ в июле 1591 года он прислал ей часть мощей св. Марии Магдалины («от руки перст») и «венец царской золот, с каменьем и с жемчюги».

Прием патриарха

В январе 1589 года Ирина в Золотой царицыной палате приняла Константинопольского патриарха Иеремию, прибывшего в Москву, чтобы учредить в России патриаршую кафедру и поставить на нее Иова — первого русского патриарха. Описание этого события оставил епископ Арсений Елассонский, сопровождавший церковного иерарха в Россию[4]:

«Тихо поднялась царица с своего престола при виде патриархов и встретила их посреди палаты, смиренно прося благословения. Вселенский святитель, осенив ее молитвенно большим крестом, воззвал: Радуйся благоверная и любезная в царицах Ирина, востока и запада и всея Руси, украшение северных стран и утверждение веры православной!»

Затем патриарх московский, митрополиты, архиепископы, епископы и проч. благословляли царицу и говорили ей подобные приветственные речи. Ирина выступила с ответной речью[к 2] . После этой «прекрасной и складной» речи, по отзыву епископа Арсения, царица, отступив немного, стала между своим мужем, царем Федором, и братом Борисом. (Это первый случай публичного выступления русских государынь, известный по письменным источникам).

Гостей потряс богатый наряд царицы. Арсений отмечает, что если бы у него было и десять языков, то и тогда он не смог рассказать о всех виденных им богатствах царицы: «И все это видели мы собственными глазами. Малейшей части этого великолепия достаточно было бы для украшения десяти государей». После обмена речами боярин Дмитрий Иванович Годунов передал обоим патриархам подарки от цapицы — кaждoмy по серебряному кубку и бархату черному, по две камки, по две объяри и по два атласа, по сороку соболей и по 100 рублей денег. Вручая дары, он сказал патриарху: «Великий господин, святейший Иеремия цареградский и вселенский! Се тебе милостивое жалованье царское, да молишь усердно Господа за великую государыню царицу и великую княгиню Ирину и за многолетие великого государя и о их чадородии». Патриарх благословил царицу и помолился о даровании ей «царского наследия плода». Когда завершилась церемония вручения даров и другим участникам приема (в том числе и епископу Арсению), царица, «печальная о своем неплодии», вновь обратилась к патриарху и сопровождавшему его духовенству с просьбой усерднее молиться о даровании ей и царству наследника. Государь Федор Иванович и царица Ирина проводили патриархов до дверей Золотой палаты, приняли от них еще благословение[4].

Промахи Бориса Годунова

В начале 1585 года Годунов направил нескольких доверенных лиц в Вену. Переговоры с венским двором были окружены строжайшей тайной. «Не рассчитывая на то, что Ирина Годунова сохранит трон после смерти мужа, Борис тайно предложил Вене обсудить вопрос о заключении брака между нею и австрийским принцем и о последующем возведении принца на московский трон. Правитель не видел иных способов удержать власть. Но затеянное им сватовство завершилось неслыханным скандалом. Царь Федор выздоровел, а переговоры получили огласку». Это чрезвычайно подкосило положение Бориса, однако он сумел выпутаться из этой ситуации[5].

В том же году англичанин Джером Горсей по поручению Бориса прислал из Англии на Русь акушерку для помощи Ирине. «Еще 15 августа 1585 г. Борис прислал к Горсею своего конюшего с запиской, в которой настоятельно просил, чтобы доктор прибыл, „запасшись всем нужным“. Через Горсея Борис обратился к лучшим английским медикам за рекомендациями относительно царицы Ирины, указывая, что время своего замужества царица часто бывала беременна (в своих записках Горсей написал эти слова русскими буквами ради сохранения тайны), но каждый раз неудачно разрешалась от бремени. Горсей консультировался с лучшими врачами в Оксфорде, Кембридже и Лондоне. Королеве Елизавете агент Годунова объявил, что царица Ирина пять месяцев как беременна, и просил поспешить с исполнением ее просьбы.

В конце марта 1586 г. Горсей получил от Елизаветы письма к царю Федору и с началом навигации отплыл в Россию. При нем были королевский медик Роберт Якоби и повивальная бабка»[6]. Акушерка была задержана в Вологде. «Но дело получило преждевременную огласку и принесло много неприятностей Борису. Ему пришлось прибегнуть к хитрости, чтобы не допустить обсуждения щекотливого вопроса в Боярской думе[к 3]. (…) Обращение к «иноверцам» и «еретикам» привело в неистовство противников Бориса, ревностно заботившихся о благочестии и не допускавших мысли о том, что «еретическая дохторица» (повивальная бабка) может облегчить появление на свет православного царевича»[5].

Заговор

Хотя позиции Ирины при дворе были чрезвычайно сильны, неудачи Бориса предоставили его недоброжелателям возможность сместить его лучшую помощницу. В 1587 году против Ирины возник боярский заговор.

Золотой ковчежец с изображением св. Ирины. Выполнен по указу царя Федора Иоанновича для царицы Ирины в 1589 г.

Во главе с Дионисием, митрополитом Московским и князем Шуйским заговорщики хотели потребовать от царя Фёдора, чтобы он разошёлся с женой, как с не произведшей до сих пор на свет наследника. Земцы явились во дворец и подали Федору прошение, «чтобы он, государь, чадородия ради второй брак принял, а первую свою царицу отпустил во иноческий чин». «Прошение равнозначно было соборному приговору: его подписали регент князь Иван Шуйский и другие члены Боярской думы, митрополит Дионисий, епископы и вожди посада — гости и торговые люди. Чины требовали пострижения Ирины Годуновой, а следовательно, и удаления Бориса. Выступление земщины носило внушительный характер»[5]. Но Фёдор решительно воспротивился. 13 октября 1586 года митрополит Дионисий был лишен сана, пострижен в монахи и сослан в Хутынский монастырь в Новгороде. Его «собеседника» крутицкого архиепископа Варлаама Пушкина заточили в новгородский Антониев монастырь, Василий Шуйский сослан в Буйгород.

«Русские писатели XVII в. старались щадить имя благочестивой Ирины Годуновой. Тем не менее в их сочинениях также можно обнаружить намеки на подготовлявшийся развод. Осведомленный московский дьяк Иван Тимофеев в обычных для него туманных выражениях повествует о том, что Борис насильственно постригал в монастырь девиц — дочерей первых (!) после царя бояр, опасаясь возможности повторного брака Федора: „яко да не понудится некими царь принята едину от них второбрачием в жену неплодства ради сестры его“. Осторожный дьяк не назвал имен „неких“ лиц, которые „понуждали“ Федора ко „второбрачию“. Более того, он умолчал о том, существовала ли угроза „понуждения“ царя к разводу или „некие“ лица привели ее в исполнение»[6].

В 1590 году, Ирина, пока её супруг воевал со шведами, находилась в Новгороде.

Вдова

Царь Федор Иванович умер 7 января 1598, не оставив после себя завещания. В ходе избирательной борьбы на Земском соборе возникли различные версии насчет его последней воли. Официальная версия, исходившая от Годуновых, была такой: «Как значилось в утвержденной грамоте ранней редакции, Федор „учинил“ после себя на троне жену Ирину, а Борису „приказал“ царство и свою душу в придачу. Окончательная редакция той же грамоты гласила, что царь оставил „на государствах“ супругу, а патриарха Иова и Бориса Годунова назначил своими душеприказчиками. Наиболее достоверные источники повествуют, что патриарх тщетно напоминал Федору о необходимости назвать имя преемника. Царь по обыкновению отмалчивался и ссылался на волю божью. Будущее жены его тревожило больше, чем будущее трона. По словам очевидцев, Федор наказал Ирине „принять иноческий образ“ и закончить жизнь в монастыре»[7].

Пелена русского православного шитья, изображающая Св. Мученицу Ирину. Москва. 1598—1604. Мастерская Ирины Годуновой. Из Кирилло-Белозерского монастыря. ГРМ. Спб.

После смерти Фёдора бояре, опасаясь бедствий междуцарствия, решили присягнуть Ирине. Этим путем они собирались воспрепятствовать вступлению на трон Бориса Годунова. «Преданный Борису Иов разослал по всем епархиям приказ целовать крест царице. Обнародованный в церквах пространный текст присяги вызвал общее недоумение. Подданных заставили принести клятву на верность патриарху Иову и православной вере, царице Ирине, правителю Борису и его детям. Под видом присяги церкви и царице правитель фактически потребовал присяги себе и своему наследнику (…) Испокон веку в православных церквах пели „многие лета царям и митрополитам“. Патриарх Иов не постеснялся нарушить традицию и ввел богослужение в честь вдовы Федора. Летописцы сочли такое новшество неслыханным. „Первое богомолие (было) за нее, государыню,— записал один из них,— а преж того ни за которых цариц и великих княгинь бога не молили ни в охтеньях, ни в многолетье“. Иов старался утвердить взгляд на Ирину как на законную носительницу самодержавной власти. Но ревнители благочестия, и среди них дьяк Иван Тимофеев, заклеймили его старания, как „бесстыдство“ и „нападение на святую церковь“»[7].

Однако самостоятельное правление царицы не заладилось с первых дней. Уже через неделю после кончины мужа она объявила о решении постричься. В день ее отречения в Кремле собрался народ. Официальные источники позже писали, будто толпа, переполненная верноподданническими чувствами, слезно просила вдову остаться на царстве. Реально настроения народа внушали тревогу властям. Голландец Исаак Масса подчеркивал, что отречение Годуновой носило вынужденный характер: «Простой народ, всегда в этой стране готовый к волнению, во множестве столпился около Кремля, шумел и вызывал царицу». «Дабы избежать великого несчастья и возмущения», Ирина вышла на Красное крыльцо и объявила о намерении постричься. Австриец Михаил Шиль пишет, что взяв слово после сестры, Борис заявил, что берет на себя управление государством, а князья и бояре будут ему помощниками.[7].

Монахиня

На 9-й день после смерти мужа, 15 января, Ирина удалилась в Новодевичий монастырь и постриглась там, приняв имя инокини Александры — и таким образом освободив дорогу брату: «…Ирина Федоровна всеа Руси после государя своего царя и великого князя Федора Ивановича всеа Руси, оставя Российское царство Московское, и поехала с Москвы в Новодевичей манастырь». (Вплоть до избрания Бориса царём боярская дума издавала указы от имени «царицы Александры».)

«С погребения не ходя во свои царские хоромы, повеле себя <…> отвести простым обычаем в пречестный монастырь <…> еже зовется Новый девич монастырь», где ее постригли и нарекли «во иноцех имя ей Александра, и пребываша она в келий своей от пострижения до преставления своего, окроме церкви божий нигде не хождаше».

Иринины палаты в Новодевичьем монастыре

Перед выборами нового царя шествие просителей от населения отправилось к Новодевичьему монастырю, где находился Борис, сопровождавший Ирину; где «правильно сагитированная» толпа убеждала его принять корону, он же капризничал. Перед выборами «Ирина вела агитацию за брата среди духовенства, бояр, купечества, простого люда. Есть свидетельства о том, что Годуновы нередко прибегали к подкупу. Так, по данным П. Петрея, Ирина „хорошо помнила, что куда подается большинство, туда потянутся и остальные… Большими подарками она тайно склонила полковников и капитанов, чтобы они уговорили подчиненных себе воинов подавать голоса в пользу брата“»[2]

Ирина благословила брата на царство 21 февраля 1598 г. Земский собор 17 (27) февраля 1598 года избрал Бориса.

Умерла она спустя 5 лет в 1603 года в монастыре, за 2 года до смерти брата.

Захоронение

Как и все царицы, была погребена в Вознесенском монастыре московского Кремля. В 1929—1931 гг. захоронения были разорены при его уничтожении, силами сотрудников перенесены в Архангельский собор, а затем в подземную палату рядом с ним. «На старых планах Вознесенского собора и его некрополя, опубликованных в конце XIX столетия А. Пшеничниковым, погребение царицы Ирины отмечено номером 16 в юго-западном углу храма. Над ее могилой размещался памятник, аналогичный тем, что и сегодня можно увидеть в мужском храме-усыпальнице, в Архангельском соборе Кремля — некрополе русских великих князей и царей. Ирину Федоровну похоронили в белокаменном, изготовленном из монолита саркофаге, имеющем антропоморфную форму — полукруглое оголовье и плечики. Надписи-эпитафии на крышке гроба не было (…) в чем, возможно, проявился акт смирения и уничижения, свойственный монашеству»[4].

Остатки погребального инвентаря из саркофага, относятся к монашескому облачению, как и фрагменты черной шерстяной схимы. На головной убор царицы был нашит широкий равноконечный крест из тесьмы, который хорошо сохранился. В саркофаге обнаружили осколки стеклянного сосуда, основную часть которого вынули из гроба еще в 1929 году[4].

Повторное вскрытие захоронения Ирины Годуновой проведено в 2001 году. В нем участвовала большая группа исследователей. «Состояние скелета царицы — одного из важнейших объектов исследования — оказалось удовлетворительным. Его изучение антропологом Д. Пежемским (НИИ и Музей антропологии МГУ) и гистологом В. Сычевым (Бюро судебно-медицинской экспертизы Москвы) показало, что какое-то заболевание, которым страдала Ирина, возможно наследственное, привело к значительной патологии костных тканей, что сказалось на опорно-двигательном аппарате этой еще не старой женщины. В последние годы жизни ей, вероятно, было трудно ходить. Обострению болезни, возможно, способствовали и тяжелые условия жизни в монастыре — холодные каменные палаты, аскетизм монашеского бытия. Патология в области таза повлияла на способность вынашивать детей»[4].

Восстановление по черепу её внешнего облика выполнено московским экспертом-криминалистом С. А. Никитиным. (Монашеский головной убор воспроизведен по миниатюрам Лицевого летописного свода XVI века).[4].

«Удалось провести рентгено-флюоресцентный анализ (РФА) кусочка ее мозга, обнаруженного в черепе при подготовке к реконструкции портрета (исследователь — кандидат химических наук E. И. Александровская). Анализ установил повышенное содержание в мозге царицы (по сравнению со средним, фоновым, наблюдаемым в наше время) некоторых металлов — железа, меди, свинца и минералов — ртути, мышьяка (…) Из наиболее вредных веществ особенно повышено содержание свинца (в 80 раз), ртути (в 10 раз) и мышьяка (в 4 раза). Объяснить это можно, скорее всего, тем, что Ирине Годуновой приходилось длительно лечиться мазями — ртутными, свинцовыми и другими. Такой вывод подтверждает и рентгено-флюоресцентный анализ костной ткани из погребения царицы Ирины»[4].

Отношения с Церковью

  • Известны богатые вклады, сделанные в Троице-Сергиев монастырь по царской дочери Феодосии, по самой царице Ирине (Александре). Так, в 1593 году «сентября в 26 день государь же царь и великий князь Федор Иванович всея Руси пожаловал по своей царевне и великой княжне Феодосье вкладу 500 рублев». В 1603 году «октября в 31 день блаженные памяти по государыне царице и великой княгине Ирине, во иноцех Александре, пожаловал прислал вкладу государь царь и великий князь Борис Федорович всея Руси денег 1000 рублев». Зафиксировали документы и вклад самой царицы Ирины от 1598 года: «Преставися <…> государь царь и великий князь Федор Иванович всеа Руси и по нем <…> пожаловала его благоверная царица и великая княгиня инока Александра прислала на сорокоусты и на церковное строение денег 3000 рублев»[4].
  • В этот период на Руси получила распространение двойная икона «Феодор Стратилат и великомученица Ирина». Распространение этих икон связано с тем, что эти мученики являлись тезоименитыми святыми царя и царицы. По всей России были построены многочисленные церкви в честь святых Феодора и Ирины, а также открыты приделы в храмах (подробно см. Иконография Феодора Стратилата#Феодор Стратилат и великомученица Ирина)[8].
  • Щедро был одарен Троице-Сергиев монастырь, который был местом царского паломничества (так называемый «Троицкий ход»). После того, как в 1585 году был построен Успенский собор, по приказу царя в 1585-1586 годах были развёрнуты активные работы по художественному оформлению храма. В монастырском храме Успения был учреждён придел святых Феодора и Ирины, и для него были написаны иконы. В период 1580-1590-х годов по велению царской четы было создано большое количество христианских памятников, связанных с именем Феодора Стратилата. Обращает на себя внимание подборка произведений, вышитых в царицыной «светлице» Ирины Годуновой. В 1592 году Был создан шитый иконостас, в котором был выполнен значительный по размерам парный образ святых, который хранится в Государственном Эрмитаже. Кроме того, в Эрмитаже хранится пелена, на которой изображена великомученица Ирина, датируемая концом XVI века. Эта пелена предназначалась для устроенной в честь патрональной святой надвратной церкви в Кирилло-Белозерском монастыре, в стенах которого родился отец Фёдора Иван Грозный. Когда в конце мая 1592 года родилась дочь Феодосия, царская чета разослала ещё более щедрые подарки. Адресатами этих «милостыней» стали не только российские монастыри и церкви, но и православные монастыри Палестины. Эти воздаяния были разосланы в июне 1592 года в честь «разрешения неплодства царицы». Иконы, написанные в этот период, включали дополнительно к упоминаемым святым, образ преподобномученицы Феодосии Константинопольской, который обычно писался на полях.

Владения

  • Кремль, Золотая царицына палата. В 1580-х годах палата перестраивается под парадный приемный зал царицы Ирины, при этом она получает богатую отделку.
  • Новодевичий монастырь: Иринины палаты (Палаты царицы Ирины Годуновой с Амвросиевой церковью)
  • Царицыно — вотчина царицы Ирины Годуновой[9].

Литература

  • Н. А. Маясова. Кремлевские «светлицы» при Ирине Годуновой. — Материалы и исслед. Гос.музеи Моск. Кремля. М., 1976. 2. С.39-61.

Комментарии

  1. Дата предположительная, но исследование скелета царицы Ирины её подтверждает, показывая, что она прожила на свете около 45 лет.
  2. Текст речи: «Великий господин, святейший Иеремия цареградский и вселенский, старейший между патриарха ми! Многое благодарение приношу святыне твоей за подвиг, какой подъял на пути странствия в нашу державу, дабы и нам даровать утешение видеть священную главу твою, уважаемую паче всех в христианстве православном, от коей и мы восприяли благодать ныне, и за сие воздаем хвалу Всемогущему Богу и Пресвятой Его Матери и всем святым, молитвами коих сподобились такой неизреченной радости. Воистину ничто не могло быть честнее и достохвальнее пришествия твоего, которое принесло столь великое украшение церкви Российской, ибо отныне возвеличением достоинства ея митрополитов в сан потриарший, умножилась слава всего царства по вселенной. Сего искони усердно желали прародители наши, христолюбивые государи, великие князья и цари, и не сподобились видеть исполнения своих благочестивых желаний; и ныне на сей их вожделенный конец, чрез многие подвиги дальнаго странствия, привел во дни нашей державы твою святыню Всемогущий Бог».
  3. «В Боярской думе зачитали грамоту Елизаветы к царице, смысл которой был искажен московским толмачом до неузнаваемости. Так, Елизавета сообщала Ирине, что посылает к ней, „как у нас было просимо, искусную и опытную повивальную бабку“, а также своего лейб-медика, который „будет руководить действиями повивальной бабки и, наверное, принесет пользу Вашему здоровью“. Королева, значилось в переводе, направляет царице доктора, который „своим разумом в дохторстве лучше и иных баб“. Правитель публично выразил гнев по поводу действий Горсея, назвал его „шутом и рабом, обманувшим королеву“, и даже потребовал его головы».

Примечания

  1. Соборное постановление по поводу избрания на царство Бориса Годунова, 1598.
  2. ↑ Шмыкова М. Л. Избирательная кампания 1598 года и обоснование прав Бориса Годунова на престол // Вестник УдГУ. Серия «История». 2005. С. 136—146
  3. 1 2 Д. Йена. Русские царицы. М., 2006. С. 46-53.
  4. ↑ Т. Панова. «Благоверная и любезная в царицах Ирина». Наука и жизнь. № 8, 2004 год
  5. ↑ Р. Скрынников
  6. ↑ Россия при Фёдоре I
  7. ↑ Р. Скрынников. Далекий век
  8. Икона «Святой Феодор Стратилат и мученица Ирина» 1580-е—1590 год. Москва
  9. Усадьбы Подмосковья
Предшественник:
Фёдор I
Царица и великая княгиня всея Руси
15981598
Преемник:
Борис Годунов

Tags: Любимый камень бориса годунова 6 букв, ирина ш 49 одноклассники, летописец бориса годунова 5 букв, годунова катя, избрание б ф годунова на царство.